Вопросы к заседанию

Вопрос 1: следует ли суду кассационной инстанции признавать наличие безусловных оснований для отмены судебного акта применительно к части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в ситуации, когда арбитражный суд, исправляя допущенную при изготовлении решения опечатку, изменил наименование ответчика.

Так, в Федеральный арбитражный суд Московского округа поступила кассационная жалоба на определение арбитражного суда первой инстанции об исправлении опечатки посредством изменения наименования ответчика и постановление суда апелляционной инстанции, которым принятое по делу определение было оставлено без изменения. При этом, в выданном арбитражным судом первой инстанции исполнительном листе было изменено не только наименование ответчика, но и иные реквизиты: ИНН, ОГРН, дата регистрации и место нахождения юридического лица.

В результате состоявшегося обсуждения выявлено два подхода к обозначенной проблеме.

Согласно первой позиции в ситуации, когда исправляя допущенную при изготовлении решения опечатку, арбитражный суд изменил наименование ответчика, суду кассационной инстанции следует признавать наличие безусловных оснований для отмены судебного акта применительно к части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Сторонники данного подхода исходили из принятия обжалуемых судебных актов о правах и обязанностях лица, не участвовавшего в судебном процессе и не извещавшегося о времени и месте судебных заседаний, что в соответствии с пунктом 4 части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае является основанием для отмены судебных актов.

Согласно второй позиции в ситуации, когда исправляя допущенную при изготовлении решения опечатку, арбитражный суд изменил наименование ответчика, следует признавать наличие оснований для отмены судебного акта, установленных частью 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обосновывая данный подход, выступавшие на заседании Президиума Арбитражного суда Московского округа судьи исходили из принятия обжалуемых судебных актов с нарушением норм процессуального права, а именно, части 1 статьи 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в нарушение требований которой арбитражный суд, исправив допущенную в решении опечатку, изменил его содержание. Таким образом, учитывая, что это нарушение привело к принятию неправильного судебного акта, последний подлежит отмене на основании части 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Для формирования единообразных подходов в судебной практике прошу изучить изложенный вопрос о наличии безусловных оснований для отмены судебного акта применительно к части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в ситуации, когда арбитражный суд, исправляя допущенную при изготовлении решения опечатку, изменил наименование ответчика, и дать рекомендацию по его разрешению.

Следует отметить, что ответ на поставленный вопрос имеет значение не только с точки зрения корректности указания на конкретное основание отмены судебного акта (часть 3 либо часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), но и с точки зрения принятия кассационной жалобы к производству в случае, когда дело было рассмотрено в порядке упрощенного производства.

Так, в соответствии с частью 3 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, и постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по данному делу, могут быть обжалованы в арбитражный суд кассационной инстанции только по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 Кодекса.

Таким образом, в случае отсутствия оснований для отмены судебного акта, предусмотренных частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, производство по кассационной жалобе как поданной на судебный акт, который в соответствии с настоящим Кодексом не обжалуется в порядке кассационного производства, подлежит прекращению применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Докладчик: судья Арбитражного суда Московского округа Тутубалина Л.А.

Вопрос 2: можно ли учитывать в налоговой декларации текущего периода расходы, ранее ошибочно не учтенные, в случае, если ошибка была допущена более трех лет назад; можно ли считать положения абзаца 3 пункта 1 статьи 54 НК РФ, введенные Федеральным законом № 224-ФЗ, в качестве дополнительной гарантии защиты прав налогоплательщика и применять положения пункта 3 статьи 5 НК РФ об обратной силе актов законодательства о налогах и сборах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54 НК РФ налогоплательщики-организации исчисляют налоговую базу по итогам каждого налогового периода на основе данных регистров бухгалтерского учета и (или) на основе иных документально подтвержденных данных об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением.

При обнаружении ошибок (искажений) в исчислении налоговой базы, относящихся к прошлым налоговым (отчетным) периодам, в текущем налоговом (отчетном) периоде перерасчет налоговой базы и суммы налога производится за период, в котором были совершены указанные ошибки (искажения).

В случае невозможности определения периода совершения ошибок (искажений) перерасчет налоговой базы и суммы налога производится за налоговый (отчетный) период, в котором выявлены ошибки (искажения). Налогоплательщик вправе провести перерасчет налоговой базы и суммы налога за налоговый (отчетный) период, в котором выявлены ошибки (искажения), относящиеся к прошлым налоговым (отчетным) периодам, также и в тех случаях, когда допущенные ошибки (искажения) привели к излишней уплате налога (абзац введен Федеральным законом от 27.07.2006 № 137-ФЗ, в ред. Федерального закона от 26.11.2008 № 224-ФЗ).

При применении указанной нормы возникли вопросы:

• можно ли учитывать в налоговой декларации текущего периода расходы, ранее ошибочно не учтенные, в случае, если ошибка была допущена более трех лет назад;
• можно ли считать положения абзаца 3 пункта 1 статьи 54 НК РФ, введенные Федеральным законом № 224-ФЗ, в качестве дополнительной гарантии защиты прав налогоплательщика и применять положения пункта 3 статьи 5 НК РФ об обратной силе актов законодательства о налогах и сборах.

Единой точки зрения по этим вопросам нет. Так по делу № А40-55068/13 судами первой, апелляционной инстанций сделан вывод о том, что указанная норма не имеет обратной силы, т.к. не является дополнительной гарантией. Суд кассационной инстанции по этому же делу пришел к противоположному выводу, сочтя абзац 3 пункта 1 статьи 54 НК РФ дополнительной гарантией и применил пункт 3 статьи 5 НК РФ. Так же суд признал обоснованным применение в декларации 2009 года расходов, относящихся к 2005 году, то есть к расходам, понесенным более трех лет назад.

Докладчик: председатель 1-го судебного состава Арбитражного суда Московского округа Буянова Н.В.

Вопрос 3:Можно ли считать виновными по смыслу статьи 118 Закона об исполнительном производстве действия дебитора по перечислению денежных средств третьему лицу в следующей ситуации.

После получения дебитором постановления об обращении взыскания на право требования в порядке статьи 76 Закона об исполнительном производстве должник по исполнительному производству уступил указанное право третьему лицу, о чем также был уведомлен дебитор, осуществивший исполнение в отношении цессионария, а не в порядке, указанном в постановлении. При этом в указанном постановлении судебного пристава-исполнителя отсутствовало указание на запрет изменения обязательства.

Ответ: Такие действия не являются виновными по смыслу статьи 118 Закона об исполнительном производстве, в связи с чем взыскатель лишен права обратиться с требованием к дебитору должника.

Судебная практика:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 14.03.2014г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2014г. по делу № А40-174551/2013.

Обоснование подхода.

Сторонники данного подхода исходят из буквального толкования положений частей 1, 5 статьи 76 Закона об исполнительном производстве, согласно которым обращение взыскания на дебиторскую задолженность состоит в переходе к взыскателю права должника на получение дебиторской задолженности, при этом, судебный пристав-исполнитель своим постановлением обязывает дебитора исполнять соответствующие обязательства путем перечисления денежных средств только на указанный в постановлении депозитный счет подразделения судебных приставов. Из смысла указанных норм следует, что к взыскателю не переходит право требования к дебитору должника в том смысле, который придается такому переходу гражданским правом, - взыскатель не занимает в отношениях с дебитором должника положения кредитора и не приобретает права требовать исполнения, тем более вне публично-правовых отношений по принудительному исполнению.

Таким образом, в рассматриваемой ситуации взыскатель лишен возможности возвратить свои денежные средства путем предъявления требований в отношении третьих лиц, которые должны были осуществлять выплаты должнику.

Вариант ответа: Такие действия являются виновными по смыслу статьи 118 Закона об исполнительном производстве, в связи с чем взыскатель имеет право обратиться с требованием к дебитору должника.

Судебная практика не выявлена. Подход предложен судьями первого судебного состава.

Обоснование подхода.

Положениями части 6 статьи 76 Закона об исполнительном производстве установлено, что со дня получения дебитором постановления судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на дебиторскую задолженность исполнение дебитором соответствующего обязательства осуществляется путем внесения (перечисления) денежных средств на указанный в постановлении депозитный счет подразделения судебных приставов. Такое исполнение обязательства дебитором считается исполнением надлежащему кредитору.

Согласно части 5 статьи 76 Закона об исполнительном производстве судебный пристав-исполнитель своим постановлением обязывает дебитора исполнять соответствующее обязательство путем внесения (перечисления) денежных средств на указанный в постановлении депозитный счет подразделения судебных приставов, а также запрещает должнику изменять правоотношения, на основании которых возникла дебиторская задолженность.

Из системного толкования положений частей 5, 6 статьи 76 Закона об исполнительном производстве следует, что получив постановление об обращении взыскания на дебиторскую задолженность, дебитор уведомляется как о надлежащем способе исполнения обязательства, так и о действии ограничений по его изменению. Поскольку при вынесении соответствующего постановления погашение дебиторской задолженности осуществляется по правилам специальных норм Закона об исполнительном производстве, это касается, в том числе и тех случаев, когда в постановлении судебного пристава-исполнителя отсутствует прямое указание на запрет изменения обязательства.

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Положениями статьи 312 ГК РФ установлено, что если иное не предусмотрено соглашением сторон и не вытекает из обычаев делового оборота или существа обязательства, должник вправе при исполнении обязательства потребовать доказательств того, что исполнение принимается самим кредитором или управомоченным им на это лицом, и несет риск последствий непредъявления такого требования.

В связи с этим при получении дебитором постановления судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на задолженность и порядке исполнения, являющемся надлежащим по смыслу статьи 309 ГК РФ, и отсутствии сведений об отмене или изменении данного постановления, последующее получение им уведомления об уступке права само по себе не может являться доказательством того, что цессионарий является надлежащим кредитором.

В соответствии с положениями статьи 118 Закона об исполнительном производстве взыскатель вправе предъявить лицам, выплачивающим должнику заработную плату, пенсию, стипендию или иные периодические платежи, иск о взыскании денежной суммы, удержанной с должника, но не перечисленной взыскателю по их вине.

Таким образом, в том случае, если дебитор, систематически осуществляющий платежи в отношении должника, получает постановление судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания и не исполняет соответствующие предписания, то к нему могут быть предъявлены требования на основании статьи 118 Закона об исполнительном производстве.

Докладчик: судья Арбитражного суда Московского округа Дудкина О.В.

Вопрос 4: имеет ли право лицо, пропустившее установленный частью 1 статьи 122 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» срок на возврат авансовых платежей в рамках административной процедуры, на взыскание перечисленных по истечении трехлетнего срока в федеральный бюджет сумм авансовых платежей путем подачи искового требования в порядке гражданского судопроизводства.

Из положений статьи 122 Закона о таможенном регулировании следует, что возврат авансовых платежей осуществляется, если заявление об их возврате подано в течение трех лет со дня последнего распоряжения об их использовании. Если распоряжение об использовании авансовых платежей не производилось, указанный срок подачи заявления об их возврате исчисляется со дня поступления денежных средств на счет федерального казначейства. По истечении указанного срока невостребованные суммы авансовых платежей учитываются в составе прочих неналоговых доходов федерального бюджета и возврату не подлежат.

Согласно толкованию положений части 2 статьи 122 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ, данному Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 05.03.2013 № 413-О, для лиц, внесших авансовые платежи и пропустивших срок для их возврата в рамках таможенных правоотношений, не исключается возможность обратиться в суд с иском о взыскании (возврате) сумм авансовых платежей по правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

Представляется целесообразным отразить два подхода к поставленному вопросу.

Согласнопервому подходуреализация подобного механизма возврата денежных средств поставлена положениями гражданского законодательства в прямую зависимость от наличия подтвержденного факта неправомерных действий таможенного органа.

Трехлетний срок, установленный статьей 122 Закона о таможенном регулировании, является пресекательным, а соответственно, действия таможенного органа по зачислению в бюджет поступивших авансовых платежей, не использованных декларантом по истечении указанного срока, являются законными. Удовлетворение требований заявителя о взыскании с таможенного органа убытков при данных обстоятельствах невозможно.

Обоснование подхода.

Из положений статьи 122 Закона о таможенном регулировании следует, что возврат авансовых платежей осуществляется, если заявление об их возврате подано в течение трех лет со дня последнего распоряжения об их использовании. Если распоряжение об использовании авансовых платежей не производилось, указанный срок подачи заявления об их возврате исчисляется со дня поступления денежных средств на счет федерального казначейства. По истечении указанного срока невостребованные суммы авансовых платежей учитываются в составе прочих неналоговых доходов федерального бюджета и возврату не подлежат.

Сторонники данного подхода исходят из того, что при рассмотрении исковых требований о взыскании с Российской Федерации авансовых платежей следует оценивать действия таможенного органа по их зачислению в бюджет. Так, если действия таможенного органа по зачислению авансовых платежей декларанта, которыми он не распорядился в течении трех лет со дня последнего распоряжения данными денежными средствами (трех лет со дня зачисления их на счет федерального казначейства и полном отсутствии их распоряжением), основаны на применении положений статьи 122 Закона о таможенном регулировании, то подобные обстоятельства не могут рассматриваться как основание для возврата авансовых платежей по заявленному иску.

Приверженцы данной позиции также ссылаются на определение Конституционного Суда Российской Федерации от 05.03.2013 № 413-О, которым подтверждена законность списания таможенным органом авансовых платежей по истечении трехлетнего срока со дня последнего распоряжения декларантом денежными средствами.

Второй подход.

Пропуск лицом, перечислившим на счет федерального казначейства авансовые платежи, трехлетнего срока при обращении в таможенный орган с заявлением о возврате данных средств, не является основанием для отказа заявителю в их возврате в судебном порядке.

Сторонники данного подхода указывают на то, что несмотря на сделанные Конституционным Судом Российской Федерации в определении выводы о законности действий таможенного органа по зачислению денежных средств в доход бюджета, сам судебный акт не исключает возможности возврата декларанту денежных средств и по истечении трехлетнего срока в случае обращения в суд с соответствующим заявлением.

В силу положений части 2 статьи 121 Закона о таможенном регулировании авансовые платежи вносятся на счета федерального казначейства в валюте Российской Федерации, денежные средства, уплаченные в качестве авансовых платежей, являются имуществом лица, внесшего авансовые платежи.

В качестве распоряжения лица, внесшего авансовые платежи, рассматривается представление им или от его имени таможенной декларации, заявления на возврат авансовых платежей либо совершение иных действий, свидетельствующих о намерении этого лица использовать свои денежные средства в качестве таможенных платежей либо обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов (часть 3 статьи 121 Закона).

Конституционный Суд Российской Федерации, в частности, указывает, что возврат авансовых платежей возможен в установленный законом срок (т.е. трехлетний срок), а для пропустивших этот срок путем обращения исходя из фактических обстоятельств в суд с иском о взыскании (возврате) сумм авансовых платежей по правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

Вопрос о том, когда были внесены денежные средства в качестве авансового платежа, с какого момента исчисляется срок подачи заявления об их возврате с учетом наличия распоряжения об их использовании и был ли этот срок пропущен заявителем, а также иные обстоятельства, связанные с осуществлением декларантом многократных таможенных операций, подлежит установлению судом при рассмотрении спора.

Сторонники данного подхода, в частности, утверждают, что внесение авансового платежа могло бы дать повод к выводу о переходе права собственности на эти деньги государству, упраздняя сам вопрос о лишении плательщика принадлежащего ему имущества. Это перевело бы вопрос в иную плоскость, где пришлось бы обсуждать не лишение имущества в нарушение прав, гарантированных статьей 35 Конституции Российской Федерации, а исполнение казной обязательств, которые следуют, например, из неосновательного обогащения или закона. Так, в гражданском обороте уплата денег обыкновенно влечет переход права собственности к другому лицу, оставляя плательщику по возмездным, в частности, сделкам обязательственные права или права на истребование приобретенного имущества. Сходным образом право собственности налогоплательщика на деньги прекращается с их уплатой в казну, даже если платеж совершен ошибочно или с переплатой и дает лицу право требовать возврата излишне уплаченного. В бюджетных правоотношениях переходят в собственность получателя субсидии, субвенции, даже если образуются основания требовать их возврата впоследствии.

Часть 3 статьи 121 Закона о таможенном регулировании определяет таможенный аванс, поступивший на счет федерального казначейства, имуществом уплатившего лица. Эти денежные средства не относятся к таможенным платежам или денежному залогу, пока о том не распорядится плательщик или же таможенный орган не обратит на них взыскание. Деньги, уплаченные как таможенный аванс, остаются собственностью плательщика, что установлено Законом. Собственность представляет собой имущество лица-собственника, и в этом качестве суммы таможенных авансов попадают под защиту конституционных гарантий неприкосновенности имущества.

Декларант имеет право распоряжаться своими авансовыми платежами на счете федерального казначейства столь продолжительный промежуток времени сколь в этом имеется его заинтересованность при осуществлении внешнеэкономической деятельности, даже несмотря на то, что он не распоряжался по разным причинам данными средствами в течении более трех лет.

При фактических обстоятельствах зачисления таможенным органом авансовых платежей декларанта в счет прочих неналоговых поступлений федерального бюджета необходимо учитывать то, что поскольку данные денежные средства не перестают оставаться собственностью декларанта, их зачисление возможно исключительно при равноценном возмещении.

Докладчик: и.о. председателя 2-го судебного состава Арбитражного суда Московского округа Туболец И.В.

Вопросы, поступившие из Арбитражного суда Московской области:

Вопрос 5: влияет ли предусмотренная пунктом 3 статьи 78 НК РФобязанность налоговогооргана сообщить налогоплательщику о факте излишнейуплаты налогаи сумме излишне уплаченного налога на порядок исчислениясрока исковойдавности на возврат (зачет) излишне уплаченного налога.

Согласно пункту 1 статьи 78 НК РФ сумма излишне уплаченного налога подлежит зачету в счет предстоящих платежей налогоплательщика по этому или иным налогам, погашения недоимки по иным налогам, задолженности по пеням и штрафам за налоговые правонарушениялибо возвратуналогоплательщику.

В силу пункта 7 статьи 78 НК РФ заявление о зачете или о возврате суммы излишне уплаченного налога может быть подано в течение трех лет со дня уплаты указанной суммы, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.06.2001 № 173-О, из содержания положений статьи 78 НК РФ в их взаимосвязи, предусматривающих, что налоговый орган обязан сообщить налогоплательщику о каждом ставшем известным налоговому органу факте излишней уплаты налога и сумме излишне уплаченного налога не позднее одного месяца со дня обнаружения такого факта (пункт 3); сумма излишне уплаченного налога подлежит возврату по письменному заявлению налогоплательщика (пункт 7), которое может быть им подано в течение трех лет со дня уплаты указанной суммы (пункт 8), что порождает обязанность налогового органа в течение месяца со дня подачи заявления возвратить сумму излишне уплаченного налога, если иное не установлено данным Кодексом (пункт 9), следует, что данная норма направлена не на ущемление прав налогоплательщика, который ошибся в расчете суммы налогового платежа по какой-либо причине, в том числе вследствие незнания налогового закона или добросовестного заблуждения, а напротив, позволяет ему в течение трех лет со дня уплаты налога предъявить налоговому органу обоснованные и потому подлежащие безусловному удовлетворению требования, не обращаясь к судебной защите своих законных интересов. В то же время данная норма не препятствует в случае пропуска указанного срокаобратиться в суд с иском о возврате из бюджета переплаченной суммы в порядке гражданского или арбитражного судопроизводства, и в этом случае действуют общие правила исчисления срока исковой давности - со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Исходя из правовой позиции ВАС РФ, изложенной в постановлении Президиума от 08.11.2006 № 6219/06, вопрос о порядке исчисления срока подачи налогоплательщиком в суд заявления о возврате излишне уплаченного налога должен решаться применительно к пункту 2 статьи 79 НК РФ с учетом того, что такое заявление должно быть подано в течение трех лет со дня, когда налогоплательщик узнал или должен был узнать о факте излишней уплаты налога.

При этом, в силу пункта 3 статьи 78 НК РФ налоговый орган обязан сообщить налогоплательщику о каждом ставшем известным налоговому органу факте излишней уплаты налога и сумме излишне уплаченного налога.

Между тем, согласно подходу, отраженному, в частности, в постановлении ФАС Московского округа от 31.07.2014 по делу № А40-168732/13, неисполнение налоговым органом своей обязанности по сообщению налогоплательщику об излишней уплате налога не может означать изменения порядка исчисления срока исковой давности, поскольку налог подлежит самостоятельному исчислению налогоплательщиком на основании пункта 1 статьи 52 НК РФ. При этом подача заявления за пределами указанного срока является самостоятельным основанием для отказа в возврате излишне уплаченного налога. Согласно позиции, отраженной в постановлении ФАС Поволжского округа от 31.01.2013 по делу № А49-3070/2011, неисполнение налоговым органом указанной обязанности не освобождает заявителя от обязанности доказывания наличия реальной переплаты по налогу и отсутствия возможности своевременно обратиться в налоговый орган с заявлением о возврате этого налога.

Согласно иной позиции, изложенной, например, в постановлении ФАС Московского округа от 31.10.2013 по делу № А40-8781/13, для реализации налогоплательщиком указанных положений Налогового кодекса Российской Федерации и определения размера реальных сумм, подлежащих возврату, установлен механизм проведения совместной сверки расчетов, по результатам которой оформляется акт, форма которого утверждается федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов (пункт 3 статьи 78 НК РФ), и о факте излишней уплаты налога в заявленной сумме и о точной сумме переплаты общество могло узнать лишь при подписании акта сверки. Согласно постановлению ФАС Западно-Сибирского округа от 10.06.2013 по делу № А45-23283/2012, неисполнение налоговым органом обязанности, предусмотренной пунктом 3 статьи 78 НК РФ послужило основанием для вывода о непропуске налогоплательщиком срока на возврат налога, аналогичные выводы содержатся в постановлении ФАС Северо-Западного округа от 05.12.2013 по делу № А26-1271/2013.

В отдельных судебных актах, в частности, постановлении ФАС Дальневосточного округа от 07.02.2014 по делу № А37-230/2013 обязанность налогового органа, предусмотренная пунктом 3 статьи 78 НК РФ, по сообщению налогоплательщику о каждом ставшем известным налоговому органу факте излишней уплаты налога и сумме излишне уплаченного налога, рассматривается через призму прав налогоплательщика, предусмотренных статьей 21 НК РФ, а нарушение такой обязанности – как неисполнение государственной функции по бесплатному информированию.

При таких обстоятельствах представляется существенной необходимость определить соотношение обязанности налогового органа о сообщении налогоплательщику о каждом ставшем известным налоговому органу факте излишней уплаты налога и сумме излишне уплаченного налога, а также обязанности самостоятельного исчисления налога налогоплательщиком.

Докладчик: председатель 1-го судебного состава Арбитражного суда Московского округа Буянова Н.В.

Содокладчик: председатель 4-го судебного состава Арбитражного суда Московской области Соловьев А.А.

Опубликовано: 12.11.2014 14:16 Обновлено: 12.11.2014 14:17